Подписка на новости

Подписаться на рассылку

Электронная почта:

Введите код с картинки:

RSS подписка

Ошибка

«ВЫХОДИТ ДОЛЖНИК, А ЗДЕСЬ Я, НА ПОРОГЕ…»

В преддверии Дня Победы судебные приставы побывали в гостях у ветерана Службы, труженика тыла, Г.А. Волковой. Галина Александровна рассказала о своей жизни, начиная с самых истоков – Великой Отечественной войны, которую она встретила еще ребенком.

…Когда началась война, Гале было всего 9 лет. Ее семья жила в с. Александровское Томской области. Детство у девочки закончилось в 1941-м: отца забрали в город, на трудовой фронт, где люди днем и ночью ковали победу у заводского станка; старшего брата призвали в армию. Мать работала в колхозе, а на ребенке оставалось хозяйство – корова, овцы, птица, а летом еще и огород. При этом на первом месте, конечно же, была учеба в школе. А после уроков детей часто привлекали к работе в колхозе. Самое яркое впечатление тех лет – горы зерна на току и ровесники, которые наравне со взрослыми сушили, веяли рожь и пшеницу, ни на шаг не отступая от взрослых.

О том, как ей было тяжело, Галина Александровна вспоминает неохотно. Куда с большим удовольствием рассказывает о Победе. Голос Левитана из уличного репродуктора, казалось, перевернул скорбную страницу: вернулись отец и брат и жизнь постепенно вернулась в мирное русло.

Закончив сельскую семилетку, Галя устроилась счетоводом в родной колхоз. Честную и добросовестную девушку заметили в районе и пригласили на должность инструктора в райком комсомола. А через несколько лет судьба забрасывает ее в закрытый город: Галина выходит замуж и уезжает в «Томск почтовый», как называли тогда Северск. Именно здесь и состоялась ее карьера в судейском сообществе. Поступив на работу в суд машинисткой, она вскоре становится секретарем судебного заседания. А в 1964 году начинает исполнять обязанности судебного исполнителя.

Рассказывая об особенностях своей работы в то время, Галина Александровна вспомнила немало интересных случаев. Например, о том, как пришлось залезть в окно квартиры, где проживал алиментщик.

- А как было поступить иначе? – смеется собеседница, - на извещения о вызове на прием не реагировал, двери не открывал. Прятался, одним словом. А тут мы с коллегой на обед мимо его дома идем. Вижу – в окне его квартиры человек мелькнул. Постучала – реакции никакой. Квартира была на первом этаже, а створка приоткрыта, вот я и «нырнула»…

Результат той истории – трудоустройство должника на Сибирский химический комбинат уже через три дня после той необычной встречи с судебным исполнителем.

- Такого, чтобы должника на работу не устроили – не было, - вспоминает Галина Александровна. – Даже с 33-й статьей старого КЗОТа брали (увольнение за прогул, пьянство – авт.). Трудоустройство и, как следствие, взыскание алиментов – задача №1. Другого выхода не было – исполнительное производство у нас должно было быть окончено в 21 день. А тогда трудоустройство должника было основанием для его окончания. И мы успевали уложиться в этот срок независимо от степени сложности исполнительного производства. И доходы в бюджет взыскивали, и алиментщиков на работу устраивали, и с неимущественными производствами управлялись. Весь конфискат носили сами. Машина на организацию была одна. Вот и возили имущество в суд на общественном транспорте, а оттуда уже – в комиссионные магазины. Морально работать было тяжело. Помню, как освобождали бараки в с. Сосновка. Новостроек в Северске было мало, поэтому в одну квартиру заселяли по две семьи. Естественно, из сосновских бараков, подлежащих сносу, никто не хотел уезжать…

Но самые тяжелые исполнительные производства, по мнению Галины Александровны – те, которые касаются семейных взаимоотношений. Например, на исполнительные действия по передаче ребенка от отца к матери (или наоборот) судебный исполнитель один не ходил никогда. В таких делах требуется особая моральная поддержка всем и, в том числе, тому, кто от имени государства пришел исполнять столь непростое судебное решение. Чужую боль исполнители воспринимали как свою собственную. Поэтому в таких делах друг друга не бросали. Тогда коллектив не провалил ни одного исполнительного производства: все делалось качественно, в срок. Результат – каждый год сюда приезжала московская проверка из Минюста – столичное руководство поверить не могло, что такое может быть. И каждый раз по ее итогам судебные исполнители из «Томска почтового» получали премию.

Весь город был распределен между исполнителями не только по улицам, но и по организациям. А юридических лиц «на почтовом» было 82. И вся эта нагрузка – на двух человек, затем – на трех. Впоследствии, на момент организации отдела судебных приставов по г. Северску штат составлял 8 человек.

Выполнять вот так свою работу невозможно было «из-под палки», по обязательству. Для этого нужно было в буквальном смысле сродниться со своим делом. Иначе как можно назвать отношение пристава к работе, который приходил дежурить к входной квартире должника в 4 часа утра? Да, именно в это время Галина Александровна «ходила в засаду». Без силовиков, одна.

- Выходит должник, а тут я, на пороге. Если пытается закрыть дверь перед моим носом, цепляюсь за плечи и тащусь волоком за ним в квартиру. Когда еще в суде работала, милиция часто просила помочь – взять таким вот образом «жуликов» с утра пораньше. Я не отказывала. Мы вообще тогда работали в особом режиме. С 7 до 9 утра ежедневно отрабатывали по 3 адреса, и вечером, до 10 часов вечера заходили еще в 3-4 квартиры.

Рассказывая о прожитых годах, Галина Александровна немного грустит: ноги болят, совсем ходить перестали. Вернуть бы сейчас молодость, окунуться в этот круговорот встреч, деловых разговоров, документов… Правда, должники сейчас другие, менее ответственные, что-ли…

- Да, сейчас другое время, а вместе с ним изменились и должники, и взыскатели, - говорит в заключение Г.А. Волкова. – Но если говорить о работе пристава, то честность, добросовестность – это те качества, которые ценились и будут в цене всегда. А прямым следствием такого отношения к труду всегда бывает отличный результат. Результат того, что ты честен перед самим собой.